fbpx

Продолжительность жизни в России может достичь уровня 1964 года


— Алексей, почему именно 1964 год?

— Это был последний год правления Хрущева, и повышение продолжительности жизни стало закономерным итогом проводимой им политики: закончились массовые сталинские репрессии, выросла ценность человеческой жизни, пошла волна переселения людей в хрущевки из бараков; завершалось внедрение в массовую клиническую практику антибиотиков, в результате чего младенческая и детская смертность, в первую очередь от инфекций, снизилась в разы после 1943 года. Неплохо развивалась система здравоохранения: количество коек наращивалось, была выстроена хорошая система борьбы с инфекционными заболеваниями. Тогда это было важно и нужно. А проблема алкоголизма еще не успела стать пугающей. Да и зимняя эпидемия гриппа в том году была слабой. Поэтому в 1964 году РСФСР достигла рекордно высокого на то время уровня ОПЖ почти в 70 лет, официально, хотя сейчас этот показатель считается немного завышенным из-за недоучета детской смертности. Правда, об этом, и особенно о спаде продолжительности жизни, шедшем при Брежневе, мы узнали только в самом конце 80-х — начале 90-х, когда рассекретили статистику, засекреченную с 1974 года.

— То есть это была засекреченная информация? Почему?

— Потому что с 1964 по 1980-й продолжительность жизни почти постоянно падала, особенно у мужчин. А в официальной печати и программных документах партии и правительства была установка, что СССР достиг продолжительности жизни 70 лет, но эти 70 лет так и кочевали из доклада в доклад пятилетка за пятилеткой. В то же время в 1970-х ОПЖ начала резко расти на Западе, и с того момента появился и начал расти разрыв между СССР и странами соцлагеря с одной стороны, и капстранами с другой. К 80-м годам сформировался градиент: тем дальше на восток, тем меньше продолжительность жизни, а ведь еще в 60-х годах Беларусь официально вошла бы в первую десятку стран мира по ОПЖ, если бы участвовала в списке как отдельное государство. Советское социалистическое проклятие повышенной смертности было во многом связано с алкоголизмом, сохранением мобилизационного и преимущественно противоинфекционного характера системы здравоохранения и меньшей роли индивидуума в управлении своим здоровьем: считалось, что о нем должно позаботиться государство.

Горбачев при помощи антиалкогольной кампании разом поднял ОПЖ на несколько лет, особенно у мужчин, и отметка в 70 лет была снова ненадолго достигнута, но уже с 1989 года пошел спад, а при Ельцине началась вакханалия алкоголизма и обрушилась вся социальная ткань страны: убийства, самоубийства, туберкулез, наркомания и, наконец, ВИЧ. Выбираться со дна ужасающей смертности Россия начала лишь с 2006 года, когда с начала года в рознице возникли перебои с крепким алкоголем в результате внедрения ЕГАИС и была принята госпрограмма «Здоровье».

— В итоге полвека понадобилось нам на то, чтобы выбраться к отметке в 70 лет. Но, получается, пандемия нивелировала все достижения?

— За прошлый год продолжительность жизни в России снизилась сразу на 1,8 года: причем и у мужчин, и у женщин. В 2019 году ОПЖ у нас была 73,34 года, а в 2020-м стала 71,54 года. И эта тенденция продолжается. При этом разрыв между продолжительностью жизни мужчин и женщин не изменился — у нас он по-прежнему составляет около 10 лет. В других странах у мужчин ОПЖ снизилась, как правило, сильнее, и разрыв с женщинами вырос, а в России — нет, но он и без того до сих пор один из самых больших в мире за счет мужской сверхсмертности. Но сейчас, во время пандемии, женщины пострадали очень сильно.

— По вашим прогнозам, к концу года ожидаемая продолжительность жизни в стране снизится ниже 70 лет?

— Вероятность такого развития событий повышается с каждым месяцем. Летом я считал, что если вспышка Дельты будет последней в пандемию и недолгой, как в Индии, то ОПЖ в 2021 году будет выше 71 года, и в июле заболеваемость пошла на спад. Однако избыточная смертность снижалась очень медленно, а с 8 сентября, судя по статистике поисковых запросов, показатели заболеваемости прекратили снижаться и начали расти, а избыточная смертность снижаться перестала. После очень плохого июля мы получили почти такой же плохой август, потом — чуть лучше сентябрь, а наступивший октябрь может стать хуже, чем июль. По итогам 2021 года смертность будет выше, чем в прошлом году, а продолжительность жизни ждет дальнейшее снижение. И в Европе, и в США, в большинстве богатых стран по классификации МВФ, на второй год пандемии падения продолжительности жизни либо не будет, а будет восстановление, либо падение будет не очень большим, но у нас оно будет существенным, потому что эпидемия в России приобретает затяжной характер, и избыточная смертность после лета так и не успела толком снизиться, а теперь опять пойдет в рост. Таким образом, разница с потенциальной ОПЖ (допустим, по среднему варианту демографического прогноза Росстата 2019 года, 74,3 года) превысит 4 года и может достичь 5 лет.

— И все-таки можно ли привести какие-то цифры по росту или снижению продолжительности жизни в других странах?

— Например, в Испании, которую сильно затронула пандемия, за 2020 год она упала на 1,6 года. В США — на 1,5 года. В Польше — на 1,4, Италии — 1,2, Швеции — 0,8, Франции — 0,7, Германии — 0,2. В Японии продолжительность жизни, напротив, выросла на 0,3 года. Также она выросла в Дании, Норвегии, Австралии, Южной Корее и Новой Зеландии.

— По итогам прошлого года мы достигли рекордного прироста смертности. Каковы прогнозы на этот?

— В прошлом году избыточная смертность у нас составила 360 тысяч человек, это 20%. Впереди нас из крупных стран были только Мексика, Иран и Турция, примерно наравне Бразилия, Колумбия и ЮАР. Среди развитых по классификации ООН стран такого плохого результата не было нигде, кроме Боснии, Македонии, Албании и Косова, если их считать развитыми. В этом году ситуация ухудшилась еще больше: на текущий момент мы имеем уже почти 400 тысяч избыточных смертей, и к ним добавятся не менее 150 тысяч до конца года. В итоге в этом году будет минимум полмиллиона избыточных смертей, а общее число умерших в стране составит 2,35–2,4 миллиона. Сейчас ситуация ухудшается во всех регионах, но самая тяжелая в Саратовской области, Башкортостане, Ульяновской, Самарской, Воронежской, Липецкой, Белгородской, Оренбургской областях — это черноземный пояс. Удивительно, но в прошлом октябре ситуация была очень похожей — сильнее всего пандемия прошлой осенью прошлась по черноземным областям. Естественная убыль (разница между числом умерших и родившихся) в этом году составит около 900–950 тысяч человек. Исторический рекорд — 959 тысяч в 2000 году, но сейчас мы рискуем эту цифру превысить.

Есть несколько вариантов прогноза до 2030 года. По первому — влияние пандемии может сохраниться в районе 4–5 лет потери ожидаемой продолжительности жизни от прежнего прогноза, по второму — уменьшится до года потери или менее, по третьему — обнулится до 2024 года.

Источник